ЧИТАЙТЕ И СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:

• О Великой Субботе
• Объяснение Пасхального канона
• Делитесь пасхальной радостью!

Как объяснить внецерковным людям, что значит «Христос воскресе»?

Люди готовы следовать пасхальным традициям и готовить пасхальные блюда, при этом только половина отдает себе отчет, какое событие мы празднуем — Воскресение Христово.

В самом деле, присутствие праздника ощущается: в магазинах продаются, например, пасхальные куличи с лозунгом «Светлой Пасхи», но в то же время за пределами Церкви чувствуется какая-то неловкая приглушенность в самом пасхальном возвещении — «Христос воскресе!»

У этой приглушенности могут быть разные причины, например, своего рода политкорректность. Это светский магазин, в нём работают (и покупают) люди самых разных убеждений, открытое провозглашение Воскресения может создать напряженность, а вот «Светлой Пасхи» звучит гораздо нейтральнее.

Это может быть просто неосведомленность о смысле того, что мы празднуем — да, почему-то в эти дни принято красить яйца, есть куличи и пасхи. Традиция такая.
На Западе христиане иногда говорят о необходимость «вернуть Христа в Рождество» (Bring back Christ to Christmas), а нам, возможно, придется возвращать Воскресение Христово в Пасху.

А для этого — уметь коротко и понятно объяснить нашим ближним, что мы празднуем.

Прежде всего, конечно, то, что Господь наш Иисус Христос буквально, телесно, физически воскрес из мертвых. Его гробница пуста; Он являлся Своим ученикам, беседовал с ними, разделял трапезу.

Это важно подчеркнуть. Иногда о каком-то человеке, политическом деятеле или герое говорят, что он живет в наших сердцах. Люди имеют в виду, что хранят о нём благодарную память или следуют его учению.

Но мы говорим не об этом. Христос телесно воскрес и могущественно, действенно, спасительно для всех нас жив, к Нему можно обратиться, с Ним можно войти в общение. Ему можно покориться как Господу и довериться как Спасителю.

Слово «Пасха» напоминает о событиях ветхозаветной книги Исход. Народ Божий, древние евреи, оказались в рабстве в Египте, и Бог послал пророка Моисея, чтобы вывести их на свободу. Это история прорыва к новой жизни, из рабства — к свободе, предвещает то, что совершает Христос через Свою смерть и Воскресение.

Он выводит нас к новой жизни. Как мы поем в Церкви, «от смерти бо к жизни и от земли к небеси Христос Бог нас преведе».

Как Христос говорит в Евангелии, «Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Ин.5:24).

Мы переходим от смерти в жизнь через веру — мы принимаем Воскресение Христово как непреложную истину, на которой строим всю нашу жизнь.

Он воскрес — и мы воскреснем. Впереди у нас вечная жизнь, которую Он дает Своим верным. Как пишет об этом святой Апостол Павел, «Христос воскрес из мертвых, первенец из умерших. Ибо, как смерть через человека, [так] через человека и воскресение мертвых. Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут, каждый в своем порядке: первенец Христос, потом Христовы, в пришествие Его» (1Кор.15:20-23).

Церковь возвещает, что, если мы пребудем в правой вере, мы воскреснем в «нетленных», то есть не подверженных разрушению и страданию, бессмертных и сияюще прекрасных телах, чтобы войти в блаженную жизнь преображенного мироздания.

Если мы примем эту благую весть покаянием и верой, мы будем вечно, беспредельно, безмерно счастливы.

Христос подает нам то, что бесконечно важнее всего, что мы могли бы обрести на земле, — любых богатств, или званий, или наслаждений. Он дает то, что нельзя купить ни за какие деньги — вечную жизнь.

Но не только вечную жизнь когда-то потом, после смерти, а совершенно новую жизнь сейчас, полную радости и смысла.

Иногда люди говорят о чем-то: «Это слишком хорошо, чтобы быть правдой». Но весть о воскресении Христа — это и слишком хорошо, и правда. И эта весть ставит нас перед вопросом — готовы ли мы поверить?

Как поразительно может измениться наша жизнь, если мы всерьез поверим — это правда, смерть побеждена! Восклицание «Христос воскрес!» — это не просто старинный обычай, это провозглашение истины, которая меняет всё: как мы живем и как мы умираем, на что мы надеемся и чего мы страшимся.

Пасха — время, когда мы празднуем переход к этой совершенно новой жизни, в которой Христос уводит нас из рабства греха к Царству Божию.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

• ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
• Пасхальный подарок Геронды
• Меня отталкивает от Церкви…

«Христос Воскресе» — напоминание всем нам, что если мы с Богом, то всякое, даже самое тяжелое испытание, всякое страдание преобразится в мужество, радость и великое торжество правды.

«Христос Воскресе»! Укрепимся этими словами, разделим спасительную весть со всеми, кто нуждается в утешении. Подвигнем себя к той единственной благодарности, которой мы можем ответить Господу за все, что Он делает для нас: всем сердцем устремимся следованию за Христом исполнением Евангельских заповедей любви к Богу и ближнему.

Пусть же радость о Воскресшем Спасителе навсегда пребудет с нами.

Воистину Воскресе Христос!

ЧИТАЙТЕ И СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:

• Объяснение Пасхального канона
• Делитесь пасхальной радостью!
• Что, если мои близкие окажутся в аду?

Радость благой вести о Воскресении Христовом в пасхальную ночь разделили с нами и беженцы, которых ещё в начале войны приняла наша обитель.

***

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:

• Богослужение Пасхи: разрывая толщу тьмы
• Изысканные пасхальные украшения


• Объяснение Пасхального канона
• Архиепископ Иона: «Делитесь пасхальной радостью!»

Архимандрит Алипий (Светличный)

Когда человек находится в скорби, он не ищет повода для радости. Он погружается в глубины печали, и она становится для него смыслом его существования. Всё бытие окружающего мира не касается более его рыдающего сердца. Это печаль человека, не имеющего надежды.

Не такова скорбь христиан. Она не пригвождена безысходностью, поскольку в ней — всегда упование. Христианская печаль светлая, она держится на поверхности Веры.

И весь строй православного богослужения свидетельствует об этом. Ибо даже в самые трагические моменты воспоминания о Страстях Богочеловека Церковь продолжала напоминать о самом важном, на чём построена вера христиан — о Христовом Воскресении! И это всегда было как разрывающий толщу тьмы лучик света, не дающий впасть в отчаяние от созерцания Распятого на голгофском Кресте.

После литургии Великой Субботы Устав предписывает благословлять хлебы и вино. А братии возлечь и, вкушая благословенное, внимательно слушать чтение Деяний святых Апостолов.

В приходских храмах Деяние читают желающие, как дань традиции, незадолго до полуночи. И прекращают обычно с первым ударом колокола, призывающего верных в таинственный храм.

Посреди церкви ещё стоит стол со святой Плащаницей. Но разве печальны лица людей, окружающих её? Нет уже чёрных покрывал. Весь храм в цветах и светлых одеждах.

Отверзаются царские врата в иконостасе. Выходит духовенство в белых облачениях и окружает Плащаницу. При погашенном освещении храма совершается Пасхальная Полунощница. Доходят до ирмоса «Не рыдай Мене, Мати, зрящи во гробе… восстану бо и прославлюся…» и тогда поднимают святую Плащаницу над головами. Вновь открываются врата иконостаса и Плащаница заносится через них в глубь алтаря, где полагается на святой престол. За священнослужителями закрываются створки царских врат и завеса. Это занесен был артефакт, свидетельствовавший о смерти Христа. Теперь он будет возвещать Его восстание из гроба.

В это время распорядитель выстраивает хоругвеносцев по храму. Впереди ставится тот, кто будет нести зажженный фонарь. За ним — Крест. А тогда парно — хоругви. Выходят на средину храма и певчие. Вновь начинается благовест, люди зажигают свечи. Лёгкий шум, как ветер, пролетает по храму: идёт подготовка к Крестному ходу.

В алтаре — свои волнительные приготовления. Духовенство становится у престола в белых ризах. Настоятель вручает кому Евангелие, кому икону Воскресения Христова. Сам же берёт в левую руку Крест с зажженным трисвечником — он будет знаменовать свет Святой Троицы, а Крест — знак победы над смертью.

В правую руку настоятелю подают кадильницу, исполненную благоуханного кадильного дыма. Покадив престол и весь алтарь, священник вновь становится у престола и начинает во внимающей тишине негромко песнь: «Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небесех (с этого места трудно себя сдерживать, чтобы не запеть в полный голос!) и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити».

При этом медленно открывается алтарная завеса. В полном молчании храм. Духовенство повторяет песню несколько громче. Здесь отворяют и створки царских врат, что обычно вызывает оживление в храме: трудно более сдерживать бущующую радость!

Священство в полную силу начинает в третий раз петь стихиру «Воскресение Твое, Христе Спасе…», но теперь пение подхватывает хор и колокола ударяют «во вся тяжкая»! В храме зажигаются все светильники и из его недр начинается священная процессия чающих радости. Певчие и люди беспрерывно поют стихиру об Ангельской радости и о возможности возглашать Христово воскресение на земле. Крестный ход обходит церковь. Светозарная ночь вступает в силу…

Помнится, как-то, в первые годы после развала СССР, пришлось служить Пасхальную заутреню в одном возобновляемом монастыре. Во время Крестного хода подул сильный ветер и пошёл крупчатый снег. Казалось, праздник будет испорчен. Свечи в руках немногочисленных прихожан мгновенно погасли, люди стали кутаться в непраздничную верхнюю одёжку. На священниках фелони, как на флагштоках в бурном море, рвало в разные стороны. Хоругви в руках хоругвеносцев едва удерживались в беспорядочном метании на порывах ветра. Трисвечник не сохранил огонь, и предстоятель шёл, прикрывая им лицо от резко бьющих крупинок снега. И только фонарь впереди одиноко, как маяк, показывал нам путь во внезапной пурге.

Когда подошли к центральным вратам храма, все смогли укрыться за западной стеной собора от резких проявлений непогоды и стали приводить себя в порядок.

В храм пришли все торжественные, выглаженные. А теперь перед соборными дверьми стояли какие-то жалкие, скукоженные, растерянные. Но продлилось это недолго. До первого восклицания настоятеля о Христовом Воскресении. Что тут с людьми случилось! Право, это было их воскресение! Я и не помню, закончилась ли уже к тому времени внезапная пурга, но сердца людей, безусловно, уже не чувствовали холода: лица выражали неподдельное веселие. И потом один батюшка в алтаре мне сказал: «Нас снежок немного пощипал. А женам–мироносицам каково было?! Какие страхи они переживали по дороге к Гробу! А радость в итоге — одна. На них и на нас!..»

Крестный ход приближается к царским вратам храма. Они затворены

Все выстраиваются чинно у главных церковных дверей. Подтягиваются и те, кто шёл в конце шествия. Замолкают колокола. Предстоятель начинает каждение царских храмовых врат (раньше было несколько дверей в храмах: через центральные входили только цари и архиереи), хоругвей, икон, всех людей. И приступает к священнодействию возгласом.

В греческой традиции полагается прежде возгласа прочитать народу часть Евангелия от апостола Марка о решимости жен-мироносиц порану придти ко гробу Спасителя и стать свидетелями явления Ангела. И только после этого чтения священник совершает возглас Заутрени.

«Слава святей, и единосущней, и животворящей, и нераздельней Троице всегда, ныне и присно и во веки веков!» — восклицает иерей перед закрытыми дверьми церкви, начёртывая кадильницей крест. И лишь только ответил хор: «Аминь!», как возвышает священник свой голос: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав!!!»

Пресвитер, собравшись с духом, повторяет своё пение, но уже не один: ему подпевают на полные лёгкие и прочие священнослужители. И в третий раз звучит победная песнь, в конце которой «Христос воскресе!» — врывается в народ клич от иереев. «Воистину воскресе!» — отзывается громоподобно собрание верных. Здесь вступает хор и трижды радостно поёт положенный пасхальный тропарь.

Теперь иерей с кадильницей запевает стихиры из Псалтири: «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его и да бежат от лица Его ненавидящие Его!» и здесь, обращаясь к народу, восклицает: «Христос воскресе!» Сладко становится на сердце от этих слов! В ответ громогласно, заменяя колокола, со всех концов несётся радостное: «Воистину воскресе!». Певчие же воспевают «Христос воскресе из мертвых смертию смерть поправ…!» А на тропарь накладываются иереем новые стихи и новые христосания и эти бесконечные: «Воистину воскресе!» «Воскресе!» «Воистину!» и «смертию смерть поправ…»

В этот фейерверк радости, эмоций, вдруг вмешиваются колокола, словно очнувшиеся от удивительной вести и теперь спешащие возвестить своим развесёлым звоном её всему миру. Не сразу стаёт заметно, что изнутри отверзаются церковные врата (полагается это делать старосте церкви) и все участники Крестного хода могут беспрепятственно входить в осиянную внутренность храма. Теперь в самом храме звучат радостные возгласы о Христовом Воскресении. Кто не успел ещё пройти в церковь, целуются, христосуясь, на улице.

У греков и у грузин, как только прозвучат первые слова о Христовом Воскресении, начинают палить в воздух из ружей и запускать петарды, расцвечивая небо над Крестным ходом. При этом могут создавать и другие шумовые эффекты. А православные арабки начинают своеобразное гортанное улюлюкание с притопыванием, арабская молодёжь при этом скандирует незамысловатые речёвки. Подобным образом Пасху встречают и эфиопы.

Духовенство следует в алтарь через царские врата. А дьякон задерживается на амвоне. Выдерживает паузу: заходящие обычно шумят… и вдруг начинает: «Миром господу помолимся!» Да, звучит обычная Великая, или «Мирная» ектения. Ею начинаются все основные православные богослужения. И Пасхальная служба тоже не лишается этого сегмента, поверьте, важного!

Что может быть более важного в нашем неспокойном мире, чем мир? Церковное богослужение постоянно это подчёркивает и все время возвращается к этой теме: дьякон ещё не раз будет возглашать «Паки и паки (снова и снова) миром Господу помолимся!» и будет просить «Ангела мирна, верна хранителя душ и телес наших» о «мире всего мира», иерей не раз будет оборачиваться к молящимся с настойчивым: «Мир всем!». Сам Господь запечатлён в Евангелии при первом Своём явлении по Воскресении ученикам с приветствием «Мир вам!» (на иврите Шолом алейхем!). И дьякон, ещё возбуждённым от эмоций прихожанам, посылает важный сигнал к началу молитвы: «МИРОМ Господу помолимся!»

После привычных прошений ектении диакон входит в алтарь царскими вратами — это богослужебная традиция Пасхи. Теперь эти центральные врата в иконостасе не станут затворяться всю пасхальную неделю. И дьякон беспрепятственно будет ими входить и выходить ради богослужебной необходимости. Это должно напоминать, что Христос открыл Своим распятием и Воскресением врата Царства Небесного праведникам, для которых более нет обязанности становиться рабами греха.

Духовенство враз, по традиции, запевает первый ирмос Пасхального канона: «Воскресения день: просветимся людие! Пасха Господня, Пасха! От смерти бо к жизни! И от земли к Небеси Христос Бог нас приведет, победную поющее!». Взрывается хор этими же словами, сокрушая остатки всякой тени печали. И затем с припевами «Христос воскресе из мертвых!» поют весь Пасхальный канон. Священники же совершают каждение попеременно, христосуясь с народом велегласно. И радость бывает в эти стремительные минуты велия!

Всё! Пролетел канон Пасхи

Уже поют катавасию последней песни канона «Светися светися, Новый Иерусалиме! Слава бо Господня на тебе осия…». И сейчас начнёт петь певчий, а за ним и хор трогательный ексапостиларий «Плотию уснув…», напоминающий нам, какой ценой дано спасение, а за ним прекрасные стихиры, которые начнутся словами Псалтири «Да воскреснет Бог…». И продолжаться: «Па́сха свя́ще́нная на́м дне́сь показа́ся: Па́сха но́ва свя́та́я: Па́сха та́инственная: Па́сха всечестна́я: Па́сха Христо́с изба́витель: Па́сха непоро́чная: Па́сха вели́кая: Па́сха ве́рных: Па́сха две́ри ра́йския на́м отверза́ющая: Па́сха все́х освяща́ющая ве́рных». А ещё: «Воскре́сния де́нь, и просвети́мся торжество́м, и дру́г дру́га обы́мем. Рце́м бра́тие, и ненави́дящим на́с, прости́м вся́ Воскресе́нием, и та́ко возопии́м: Христо́с воскре́се из ме́ртвых, сме́ртию сме́рть попра́в, и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в».

Во время Пасхальных стихир, обычно, исходит на солею настоятель и всё духовенство, пономари и чтецы. И начинается поздравление и радостное лобзание. Да и в храме «не пасут задних»: шумно приветствуют друг друга бесконечным «Христос воскресе!» и лобызаются по трижды стар и млад, «мужеск пол и женский» — радость слишком великая, чтобы разбирать — все адамовы дети, все во Христа облеченные!

Вот трижды пропели «Христос воскресе из мертвых…» и умолк хор, переводя дух.

А предстоящий священник начинает назидательное чтение «И́же во свя́ты́х отца́ на́шего Иоа́нна архиепи́скопа Константинопо́льскаго, Златоу́стаго сло́во огласи́тельное во свя́ты́й и светоно́сный де́нь пресла́внаго и спаси́тельнаго Христа́ Бо́га на́шего воскре́сния». Звучит заглавие очень серьёзно, даже холодцом пробирает. Но дальше текст весь соткан из нитей трудно сдерживаемой радости.

 «Если кто благочестив и Боголюбив — насладись сим добрым и светлым торжеством! Если кто раб благоразумный, — с радостию войди в радость Господа своего!», «Итак все войдите в радость Господа своего: и первые и вторые получите награду! Богатые и бедные, друг с другом ликуйте! Воздержные и ленивые, почтите день! Постившиеся и непостившиеся, возвеселитесь сегодня! Трапеза наполнена, насладитесь все! Телец упитанный — никто не уходи голодным. Все насладитесь пиром веры! Все восприимите от богатства благости! Никто не жалуйся на бедность, ибо настало общее царство. Никто не плачь о грехах, ибо из гроба всем возсияло прощение. Никто не страшись смерти, ибо смерть Спасителя освободила нас. Укротил смерть объятый смертию!», «»Смерть! где твое жало? Ад! где твоя победа?» Воскрес Христос, и пали демоны! Воскрес Христос, и радуются Ангелы! Воскрес Христос, и жизнь водворяется! Воскрес Христос, и мертвого ни одного во гробе! Ибо Христос, воскресший из мертвых, «начаток умерших бысть». Ему слава и держава во веки веков! Аминь».

В греческой практике в чтении Огласительного слова люди участвуют активно и на каждый возглас в слове Иоанна Златоустого: «Воскрес Христос…» радостно отвечают: «Воистину воскресе!». И только после этого восклицания народа священник продолжает чтение.

Ну вот, остаётся отпуст Заутренни, и хор с народом несколько раз пропоют Пасхальные Часы, которые на дни Пасхи станут ещё и молитвенным замещением Утреннего и Вечернего правил.

В алтаре заметны перемены. Всё как-то покраснело. Куда девались белые ризы духовенства? Все теперь переоблачились в яркие красные облачения!

Это знак того, что сейчас начнётся святая Божественная литургия. Несмотря на Пасхальное настроение, все становятся серьёзными и чинными. Завершена Проскомидия — служба приготовления Даров: специального вырезания из большой просфоры (двусоставного круглого хлеба) внутренней части, которая впоследствии будет освящена в Тело Господне, и ритуального вливания в Чашу вина и воды, а затем взыманием частиц, с поминовением имён живых и усопших, из других просфор в ознаменование единства Церкви со своим Агнцем-Христом.

В пламенных облачениях духовенство выстраивается у жертвенника, который, по русской традиции, ещё называется и престолом. Начинается молитвенное призвание Воскресшего. Дьякона берут благословение. Вновь оживают колокола, чтобы озвучить безпечальную ночь, в которую входит Таинство общения Церкви земной с Главой её — Спасителем мира. Он возжелал стать для Церкви истинной пищей и истинным питием, чтобы быть в неразрывном единении с каждым верным, а через Себя соединить нас друг другу.

Видеть Царство Божие

Вслушаемся в первый возглас. «Благословенно Царство Отца и Сына, и Святого Духа! Ныне и присно, и во веки веков!»

Всегда ужасаюсь тому мужеству священнослужителей, когда приходится произносить это благословение. Ведь произнести — мало. Надо видеть то, что благословляешь! Видеть Царство Божие можно только изнутри…

Хор свидетельствует: «Аминь!». И алтарь разливается ликующим троекратным: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ…» Песня выливается в храм и её уже поёт не только хор! Священник кадит жертвенник и алтарь, а затем и весь храм с припевами «Да воскреснет Бог…», «Яко исчезает дым…», «Тако да погибнут грешницы…», и вот этот замечательный стих: «Се́й де́нь его́же сотвори́ Госпо́дь, возра́дуемся и возвесели́мся во́нь». На все стихи хор отвечает всё тем же повторяющимся тропарём, в котором Христос смертью Своей смерть одолел, и непрекращающимися восклицаниями пасхального диалога: «Христос воскресе! — Воистину воскресе!».

Дальше вновь Мирная ектения и Литургия по чину. Как и в Великую Субботу, вспоминается массовое Крещение в эту ночь в древней Церкви пением «Елицы во Христа крестистеся — во Христа облекостеся!». А после чтения Апостола, по установившемуся обычаю, всё духовенство выходит на амвон. Диакон читает громогласно Евангелие от апостола Иоанна на церковно-славянском языке, начиная со слов «В начале бе Слово…». В какой-то момент, по оговоренному условию, он останавливается, чтобы прихожане услышали прочитанное только что на другом языке, например, на греческом, которое читает кто-либо из духовенства. Затем вновь продолжается чтение фрагмента Евангелия на церковно-славянском. И теперь его повторяют совсем на ином языке (почему бы не на иврите? Или латинском? На украинском? Английском? — выбор большой), и так будет несколько раз, пока стихи Благовествования не будут исчерпаны. Эта традиция чтения на разных языках Евангелия появилась не так давно — в 19-м веке, но вполне прижилась, поскольку иллюстрирует востребованность Божьего слова во всём человеческом мире. Символизирует вечное апостольское служение Церкви.

В продолжении всей Литургии по чину Иоанна Златоустого царские врата или иные какие двери, ведущие в алтарь, не закрываются. И даже во время Причащения духовенства остаются отверстыми, так, что все стают свидетелями единства пастырей с Архипастырем через вкушение от Тела и Крови Христовых.

В сию прерадостную ночь, по слову Иоанна Златоуста, никто да не плачет о своих грехах, потому не принято исповедоваться, но по слову вышеназванного автора, все верные имеют право Причащаться Воскресшего Господа: «Трапе́за испо́лнена, наслади́теся все. Теле́ц тучный, никто́ пусть не уйдёт голодным: все наслади́теся пи́ра ве́ры: все восприими́те бога́тство бла́гости». Потому бывает много причастников. И это хорошо! Иначе, для кого бы служилась эта служба единства?! Да и как это может быть — Пасха без Самого Виновника торжества?

После литургии праздник продолжается!

На середину солеи выставляют высокий пресный хлеб, именуемый на греческий манер – Артос. Священник, выйдя из алтаря, под пение любимого всеми пасхального тропаря окаживает Артос и читает молитву освящения, после чего кропит освящённой водой. Таким образом, вскисший хлеб, символизирующий подъём радости, стал иконой Самого Воскресшего Христа. И теперь семь дней его будут брать на все Крестные хода и торжественно носить и перед ним воспевать радость события победы над смертью. А в субботу Пасхи, после особой молитвы, раздробят ножом в виде копья и раздадут верующим. Так первый день Пасхи будет объединён с последним, а вся неделя станет как бы одним великим и радостным периодом торжества.

Чу! Колокола вновь стали звонить! Это священников вызывают на храмовый двор. Начинается самое любимое детворой отделение праздника. Многих именно на эту часть службы специально будят.

Организовывается Крестный ход. Священник читает молитву на благословение «огустевшего млека», т.е. творога, яиц и мясных блюд. И выходит окроплять освящённой водой все яства, которые принесли к церкви верующие. В Триоди Цветной об этом повествуется просто. Если кратко, то говорится, что игумен заходит в трапезу с братией и поют тропарь Праздника, после чего игумен читает молитву благословения творога и яиц, и все приступают к вкушению благословенной Пасхальной пищи.

О, эти красочные корзинки, богато украшенные с изумительной выдумкой каждой хозяйки! И сколько их! А чего только в них нет?! Сколько удивительных яств и продуктов принесено под благословение Церкви! Посмотрите на эти удивительные куличи, что сахарно-белыми и коричневыми блестящими головами выглядывают из обширных корзин! Каждый из них — кулинарный шедевр православной семьи! А традиционная пасха?! Её изготавливают из творога и всевозможных вкусностей. Сколько рецептов для её изготовления, сколько выдумки и терпения, чтобы приготовить это ритуальное блюдо для пасхального стола! Бесконечно можно любоваться обилием расписных и крашеных яиц, уникальных мясных блюд и всевозможных пирожков. Всё это обязательно освещает церковная свеча, заботливо вставленная в кулич, либо в пасху.

Пасха! И колокольный безудержный звон: как профессионалов, так и любителей, пробующих свои силы на звоннице! И до хрипоты воспевание Христова Воскресения! И этот Крестный ход! И радостные лица знакомых, желающих тебя облобызать ради Христова денька. И разговение. И весна…

А над всем этим радость Вечности и в ней — Сам Христос!

Делимся небольшими фрагментами праздничной службы — пасхальными песнопениями в исполнении сестёр нашей обители.

***

***

ЧИТАЙТЕ И СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:

• Изысканные пасхальные украшения


• Красота Пасхальной ночи
• Делитесь пасхальной радостью!
• Видеопутешествие в предпасхальную Ольшанку
• Торжество есть торжеств: Пасха в монастыре

Христос – новая Пасха

Хотя гимнографический жанр канона, к становлению которого преподобный Иоанн весомо приложил свою чудесно исцеленную руку, тесно связан с библейскими песнями, в случае с Пасхальным каноном мы имеем пример более свободного соотношения с этими песнями. Тем паче, что по Уставу в виде исключения канон пасхальной заутрени исполняется без них: вместо ветхозаветных стихов перед тропарями канона звучит древнейший тропарь Пасхи «Христос воскресе из мертвых…» (у греков) или его первая фраза (у нас).

К такому отношению к ветхозаветному тексту подталкивает и сама тема: в Воскресении Христа из мертвых начал действовать Новый Завет, то есть «Договор», предвозвещенный Господом на Тайной вечери и заключающийся в том, что Он приносит Себя в жертву за грехи мира, а люди получают спасение, следуя проповеданному Им Благовестию любви. Поэтому все ветхозаветное, даже самое важное, как, например, Пасха, отходит на задний план, становясь только тенью наступившей спасительной реальности.

В первом же ирмосе преподобный Иоанн начинает объяснять новое содержание праздника Пасхи, исходя из устойчивого толкования слова «Пасха» как «преведение», т. е. «переведение» (Синаксарь Пасхи): Воскресения день, просветимся людие! Пасха Господня! Пасха: от смерти бо к жизни и от земли к небеси Христос Бог нас преведе, победную поющия. — «Пасха, потому что Христос Бог нас, поющих (ныне песнь) победы, перевел от смерти к жизни и от земли (низменной жизни по плоти) к Небу (возвышенной духовной жизни)».

А в 1-м тропаре третьей песни говорится о том, что все необходимые атрибуты ветхозаветного пасхального агнца: совершенный, мужеского пола, непорочный (Исх.12:5) — полностью проявились во Христе: Мужеский убо пол — яко разверзый девственную утробу явися Христос; яко человек (греч. смертный) же — агнец наречеся; непорочен же — яко невкусен скверны, наша Пасха; и яко Бог истинный — совершен речеся. — «Как отверзший (в Своем рождении) утробу Девы — Христос предстал существом мужеского пола; а как существо смертное — был назван (Иоанном Крестителем) агнцем; Он же, наша Пасхальная (трапеза), как непричастный скверне именуется непорочным, а как истинный Бог — совершенным».

Для истолкования в следующем тропаре последнего непременного атрибута Пасхального агнца — единолетний (Исх. 12:5) — песнописец использует понятие благословенного венца благости Божией, как на церковном языке именуется годовой цикл, и рождественский образ Солнца правды применительно ко Христу воскресшему: Яко единолетный агнец, благословенный нам венец Христос (в греч. благий), волею за всех заклан бысть, Пасха чистительная; и паки из гроба красное правды нам возсия Солнце. — «Как единолетний ягненок, (Христос, ставший) для нас (словно единым) благословенным венцом благости (Божией) добровольно отдал Себя на заколение за всех (став не только) Пасхой, (но и) очистительной жертвой; но снова воссияло для нас из гроба Солнце праведности».

В пересказе это надо понимать так: «единый год» земной жизни Спасителя закончился со смертью Его на Кресте, но в Воскресении начинается для нас новый «год» Его бытия — в нашем следовании путем Его праведности.

Наибольшего напряжения противопоставление ветхого и нового достигает в последнем тропаре третьей песни: Богоотец убо Давид пред сенным ковчегом скакаше играя; людие же Божии святии, образов сбытие зряще, веселимся божественне: яко воскресе Христос яко всесилен. — «(Некогда) предок Бога по плоти царь Давид скакал в пляске перед ковчегом (Ветхого Завета, бывшего лишь) тенью (Нового); мы же, святой народ Божий, видя (перед собой) воплощение (ветхозаветных) прообразов, давайте выражать свою радость богодостойно: ибо воскрес (Сам наш) всесильный Царь — Христос».

И несмотря на то, что преп. Иоанн проходил свое монашеское поприще неподалеку от Иерусалима, в лавре преп. Саввы Освященного, для него как для христианина священная столица Иудеи, ставшая ареной важнейших евангельских событий, является в ирмосе 9-й песни не более чем прообразом нового Иерусалима — Святой Церкви Христовой: Светися, светися, новый Иерусалиме: слава бо Господня на тебе возсия. Ликуй ныне и веселися, Сионе. Ты же, Чистая, красуйся, Богородице, о восстании Рождества Твоего. — «Проникайся светом, новый Иерусалим: ибо в тебе воссияла слава Господня. Ликуй и веселись нынче и ты, (святая гора) Сион (старый Иерусалим). Радуйся и Ты, Чистая Богородица, о воскресении Твоего Сына».

Светозарная ночь

О том, как Святая Церковь проникается светом Воскресения, мы узнаем из других мест Пасхального канона, в которых содержится описание самой пасхальной утрени, единственной в своем роде в богослужебном году. Хотя по древнему церковному уставу празднование Пасхи начиналось с вечерни, совмещенной с Литургией свт. Василия Великого, но благодаря влиянию монастырей именно эта ранняя пасхальная утреня стала со временем ассоциироваться со встречей самого момента Светлого Христова Воскресения:

Очистим чувствия и узрим неприступным светом воскресения Христа блистающася, и «радуйтеся» рекуща ясно да услышим, победную поюще. — «Давайте очистим наши чувства, чтобы увидеть Христа, блистающего неприступным светом воскресения, и ясно услышать Его говорящего: “Радуйтесь!”, воспевая (Ему) победные песнопения» (1-й тропарь первой песни).

Ныне вся исполнишася света: небо же и земля и преисподняя: да празднует убо вся тварь востание Христово, в немже утверждается. — «Нынче все наполнилось (благодатным) светом: Небо, земля и подземный (загробный) мир; пусть все творение празднует воскресение Христово, в котором оно получило крепкую поддержку» (1-й тропарь третьей песни).

Древний обычай обильной иллюминации храмов и города в пасхальную ночь, горящие в руках людей свечи вызывают у песнопевца ассоциацию с притчей о Десяти девах, тем более что не все люди готовы были ждать пасхальных разговин до утра, как это делали монахи: Приступим, свещеноснии, исходящу Христу из гроба, яко жениху, и спразднуим любопразднственными чинми (правильнее — любопразднственным чинoм) Пасху Божию спасительную. — «Давайте подойдем, держа в руках светильники, ко Христу, исходящему из могилы, словно жених (из чертога. — Мф.25:6), и будем праздновать вместе с сонмами любителей праздников (монахами) спасительную Пасху Божию» (2-й тропарь пятой песни).

Но этот же обычай символизирует и наполненность всего мироздания светом Христовым: Яко воистинну священная и всепразднственная сия спасительная нощь и светозарная, светоноснаго дне востания сущи провозвестница, в нейже безлетный свет из гроба плотски всем возсия. — «О, сколь действительно священна и всепразднична эта спасительная и светозарная ночь, будучи провозвестницей светоносного дня Воскресения, в который не связанный временными рамками Свет (Христос) ощутимым образом воссиял для всех из могилы!» (3-й тропарь седьмой песни).

Плоды Воскресения

В каноне Воскресению, конечно, есть место как для описания, так и для богословской оценки сопутствовавших событий. Однако автор останавливает особое внимание на тех из них, которые не вошли в канонические Евангелия, в частности на сошествии во ад: Безмерное Твое благоутробие адовыми узами содержимии зряще, к свету идяху, Христе, веселыми ногами, Пасху хваляще вечную. — «Видя Твое, Христе, безмерное благоутробие, узники ада бодрым шагом поспешили к свету, рукоплеская по поводу вечного избавления» (1-й тропарь пятой песни). Снизшел еси в преисподняя земли и сокрушил еси вереи вечныя, содержащия связанныя, Христе, и тридневен, яко от кита Иона, воскресл еси от гроба. — «Ты, Христе, сошел в самые низкие части земли (мифологическое место загробного мира) и сокрушил там вечные запоры, удерживавшие узников, и как Иона из кита, воскрес на третий день из могилы» (ирмос шестой песни).

Чудо исхождения Христа из гроба при приваленном камне, неизвестное нам из канонических Евангелий, связывается песнописцем из Дамаска с другим не менее загадочным чудом — рождением от Девы: Сохранив цела знамения, Христе, воскресл еси от гроба, ключи Девы не вредивый в рождестве Твоем, и отверзл еси нам райския двери. — «Ты, Христе, восстал из могилы, сохранив ненарушенной (приложенную первосвященниками) печать, как не повредил при рождении засовов девства (Богородицы), и (пользуясь свойством проходить сквозь закрытые двери) открыл для нас двери рая» (1-й тропарь шестой песни).

Воскресению Христову символически приобщается Адам как родоначальник всего человечества: Спасе мой, живое же и нежертвенное заколение, яко Бог, сам себе волею привед Отцу, совоскресил еси всероднаго Адама, воскрес от гроба. — «Спаситель мой, Ты, по Божеству будучи живым и не приносимым в жертву жертвенным животным, но Сам Себя добровольно принеся в жертву Отцу, (как следствие) совоскресил с Собою всеобщего предка Адама, воскреснув из могилы» (2-й тропарь шестой песни).

Способ, каким воскресение передается всему человечеству, преп. Иоанн описывает в ирмосе седьмой песни: Отроки от пещи Избавивый, быв человек, страждет яко смертен, и страстию смертное в нетления облачит благолепие… — «Тот, Кто избавил трех отроков от сожжения в печи, став человеком, претерпевает страдания как смертный и в (самом этом) страдании одевает смертное (человеческое естество) в красоту нетления…»

Содержание праздника христианской Пасхи кратко суммируется во 2-м тропаре седьмой песни: Смерти празднуем умерщвление, адово разрушение, иного жития вечнаго начало, и играюще поем Виновнаго… — «(Сегодня) мы празднуем омертвение самой смерти (ее неспособность отныне губительно действовать на человека), упразднение ада (как места принудительного пребывания душ всех усопших), начало иной, нескончаемой жизни, и с ликованием (букв. с пляской) воспеваем Виновника (всего этого — Христа)…».

Приобщение Царству

Последней важной темой, проходящей через весь канон Пасхи, является каждый человек, переживающий эти святые дни во храме и жаждущий приобщиться благодати Воскресения: Вчера спогребохся Тебе, Христе, совостаю днесь воскресшу Тебе; сраспинахся Тебе вчера, Сам мя спрослави, Спасе, во царствии Твоем. — «Вчера (на утрене Великой субботы) я погребался вместе с Тобою, а сегодня совоскресаю с Тобою воскресшим; вчера (в Великий пяток) я распинался вместе с Тобою, а (сегодня) Ты Сам, Спаситель, прослави меня (вместе с Собою) во Царствии Твоем».

Как и Златоустый составитель Слова огласительного, оглашающего вот уже 15 веков каждый православный храм в пасхальную ночь, преп. Иоанн в 1-м тропаре восьмой песни приглашает всех без исключения приобщиться Христову Царству через принятие закона Евангельской любви: Приидите новаго винограда рождения, божественнаго веселия, в нарочитом дни воскресения, Царствия (в греч. же) Христова приобщимся… — «В благознаменательный день Воскресения давайте вкусим винограда нового урожая — божественной благорасположенности (друг ко другу) — и станем общниками Царства Христова…»

Обетование Христа не покидать Своих учеников до скончания века, данное на горе Вознесения (Мф.28:20), становится опорным пунктом жизни христианина во Христе воскресшем: О божественнаго, о любезнаго, о сладчайшего Твоего гласа: с нами бо неложно обещался еси быти до скончания века, Христе, егоже вернии утверждение (правильнее — якорь) надежди имуще радуемся. — «О божественный, о любезный, о сладчайший Твой возглас! Ибо в самом деле Ты пообещал быть с нами до скончания века, Христе, каковое (обещание) имея, словно якорь надежды, мы пребываем в радости» (1-й тропарь девятой песни).

В заключительном тропаре Пасхального канона прославленный богослов, охваченный божественным восторгом, дерзает заглянуть даже в нашу будущую жизнь с Богом: О Пасха велия и священнейшая, Христе, о Мудросте и Слове Божий и Сило: подавай нам истее Тебе причащатися в невечернем дни Царствия Твоего. — «О Христе, великая и священнейшая (наша) Пасха, Мудрость (Божия), Слово Божие и Сила (Божия): даруй нам в невечереющем дне Твоего (будущего) Царства более явственно участвовать в Твоем бытии». В самом деле, праздник Святой Пасхи, стоящий вне ряда прочих великих праздников, имеет особенную эсхатологическую перспективу, напоминая нам о цели нашего земного бытия и щедро приоткрывая нам завесу будущего блаженства во Христе.

Источник

Помимо великолепных цветочных букетов к празднику Светлого Христова Воскресения наша обитель традиционно украсилась и изысканными фарфоровыми пасхальными яйцами, декорированными в традициях разных стран.



До отдания праздника Пасхи эти трогательные символы будут напоминать о любимом и светлом торжестве.

И пусть радость о Воскресшем Господе никогда не покидает сердца всех верующих в Него!

ЧИТАЙТЕ И СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:

• Красота Пасхальной ночи
• Делитесь пасхальной радостью!
• Торжество есть торжеств: Пасха в монастыре

***

— Среди моих знакомых, пожалуй, нет такого человека, которому во время Великого поста удалось бы реализовать всё намеченное — по крайней мере, так они говорят. И часто как раз к Пасхе охватывает ощущение, что пост вновь прошёл впустую, накрывает прямо-таки пасхальное уныние. Почему так происходит? Можно ли «заслужить» пасхальную радость или она даётся исключительно по благодати?

— Если по завершении поста человек скажет себе: «Отлично, у меня всё получилось», — с духовной точки зрения это будет самый худший момент. Подлинно духовная жизнь заключается в постоянном стремлении к новым высотам и ориентирам, в максимально трезвом и критичном к себе отношении.

И если вдруг вы почувствуете, что пост прошёл «удачно», бейте в набат, потому что в духовной жизни у вас явно что-то не так. Если есть ощущение, что достигли каких-то высот, это как раз признак горделивого самолюбования — ничего больше. Вспомните, когда святой Сисой Великий умирал, он сокрушался и говорил: «Не знаю, положил ли я и начало покаянию». Вот к чему нужно стремиться.

На ум приходит параллель с дискуссией о «достойном» и «недостойном» причащении. Противники частого причащения настаивают на том, что если приступать к таинству каждое воскресенье, невозможно каждый раз основательно подготовиться, а значит и достойно причащаться. Но этот аргумент не выдерживает никакой критики. Разве более длительная подготовка к Причастию по традициям и правилам XIX века (когда люди причащались несколько раз в год) делает причастника достойным принять Христа? «Никто же достоин»! Собственно, мы и приступаем к этому таинству именно потому, что греховны и нуждаемся в исцелении, во всемогущей помощи Божией.

Точно так же обстоит дело и с постом. Если по завершении поста видим в своей душе одни только язвы и изъяны — это уже хороший результат. На протяжении Великого поста в молитве преподобного Ефрема Сирина мы ежедневно просили именно этого: «Господи, даждь ми зрети моя прегрешения». Видеть свои грехи, недостатки и недоработки — бесценный дар. И видеть не для того, чтобы унывать: ах, у меня не получилось (опять-таки, акцент ставится на своём «Я»), но чтобы смиренно сказать: «Господи, дай мне сил, чтобы я хоть чуть-чуть стал лучше. Господи, помоги мне, укрепи. И благодарю за то, что Ты дал мне увидеть мои недостатки».

Приступая к лечению любой болезни, врач первым делом проводит анализы и обследования: только так ему удаётся поставить правильный диагноз и назначить лечение. На основании одной фразы «мне плохо» вылечить невозможно. Так же и с душой. Какие именно болезни её одолевают, как раз постом и можно понять.

Что-то, возможно, по благодати Божией у нас и получится в себе изменить, но что-то обязательно останется как поле для дальнейшей борьбы со страстями и грехами. В этом деле нашими полководцами становятся святые отцы и, конечно же, духовный наставник. А насколько успешно всё пройдёт, зависит, во-первых, от благодати Божией, а во-вторых, от нашего усердия.

Если очень утрированно, то действие благодати можно сравнить с системой грантов. Прийти в фонд и просто сказать: «Вот, я хороший человек, у меня есть фантастические идеи, дайте-ка мне пару миллиончиков, и я всё осуществлю» — недостаточно. Грант выделяется только в том случае, если уже были приложены значительные усилия: как минимум подробно прописана идея, просчитаны затраты и составлен бизнес-план.

Так и человек — если хочет, чтобы Господь пришёл ему на помощь, должен и сам сделать для этого конкретные шаги, и тогда начнёт действовать Божия благодать.

Вспомним первую Заповедь блаженств: «Блаженны нищие духом». «Нищие» означает «нуждающиеся». Блаженны те, кто нуждается в Духе Святом. Мы должны стремиться к внутреннему ощущению нужды во всесильной помощи и благодати Святого Духа. Только в этом случае, возможно, мы когда-нибудь преуспеем и станем лучше.

Хочется также отметить, что Великий пост готовил нас сперва к Страстям Христовым, а затем уже ко встрече Светлого Христова Воскресения. Страстная седмица — время особенно возвышенное. Многие благочестивые христиане на это время берут отпуск, чтобы посещать все богослужения. Бывая в дни Страстной седмицы в храме, человек день за днем идёт со Христом — находится рядом с Ним и в Гефсимании, и на суде у Пилата, и у Креста. И таким образом может действительно подготовиться к Пасхе, чтобы, подобно апостолам, после всех трагических событий с чистым сердцем встретить воскресшего Господа: «Сподоби нас чистым сердцем Тебе славити».

Воскресение Христа стало совершенно иррациональным событием, выходящим из ряда вон, которое нельзя было объяснить человеческими понятиями: «Бог идеже хощет, побеждается естества чин». И действительно, где Господь хочет, побеждается естественное течение событий, потому что Воскресение — это победа над естеством.

Так же и пасхальная радость приходит необъяснимым путём. Она появляется из ниоткуда. Её дарит Господь. Сам себя человек не может заставить радоваться. Пасхальная радость — действие благодати Божией, которая подкрепляла нас Великим постом, вдохновляла во время Страстной седмицы и дала радость встречи Светлого Христова Воскресения.

— Скажите, если человек в Великий пост сознательно шёл к Пасхе: постился, молился, был в храме, но в сам праздник этой радости так и не ощутил, о чём это может свидетельствовать?

— Бывают разные случаи. Думаю, всё-таки радость — преобладающее состояние для верующего человека в день Пасхи.

Но христианство — не лагерь и не воинская часть, где все по команде шагают налево или направо. Церковь — живой организм. И Господь даёт каждому человеку именно ту благодать, которая ему полезна, нужна и важна в данный момент. В 118-м псалме есть слова: «Благо мне, яко смирил мя еси». И дальше: «Яко да научуся оправданием Твоим» (Пс. 118:71).

Оправдание — это заповеди. Для чего Господь смиряет человека? Чтобы научить заповедям Божиим.

И если на Пасху у нас не самое радостное состояние, нужно задуматься о том, что препятствует нашей радости. Ведь пасхальная радость — это состояние человека, максимально очистившегося от грехов.

Но не нужно унывать, если вдруг на Пасху охватывает чувство скорби, уныния. Всё это — лишь повод задуматься, где мы недоработали, что в нас ещё не исправлено. Такое духовное состояние — ещё один толчок, чтобы лучше научиться исполнению Христовых заповедей, просить у Господа благодать и силы трудиться в нужном направлении.

— На Пасху верующие приветствуют друг друга словами «Христос воскресе!». Пожалуй, это самое радостное и важное, что мы вообще можем сказать. Но как делиться пасхальной радостью с теми близкими, которые настроены равнодушно или даже негативно к нашей вере? Может, лучше этого не делать?

— Я думаю, пасхальной радостью делиться нужно обязательно, тем более если она у вас есть. Даже в детской песенке звучит: «Поделись улыбкою своей…»

Делитесь улыбкой радости о Воскресшем Христе приветствием «Христос воскресе!» со всеми! И особенно с теми, кто пока ещё не пришёл к вере.

Вспомним трогательное предание о пасхальном яйце. Мария Магдалина преподнесла императору Тиберию куриное яйцо со словами «Христос воскресе!». Император, конечно же, усомнился: «Что за глупость такая! Скорее, это яйцо станет красным, чем распятый человек может воскреснуть», — и яйцо окрасилось в красный цвет. Вот почему на Пасху принято красить яйца. Равноапостольная Мария Магдалина приветствовала императора-язычника словами «Христос воскресе!» — тем более и мы не должны стесняться своей веры и встречать людей Христовым приветствием.

— А как в нашей ежедневной жизни можно поделиться пасхальной радостью?
— У каждого своя мера. У кого-то есть возможность на Светлой седмице, например, посетить нуждающихся: в больницах, интернатах, тюрьмах. Очень важно делиться пасхальной радостью со страдающими людьми. Но у каждого свои жизненные обстоятельства. Мне кажется, не стоит «тужиться» и нарочито предлагать свою радость кому бы то ни было. К тому же добрые дела каждый христианин призван совершать в течение всей своей жизни, а не раз-два в году.

Если нас наполняет пасхальная радость, то её невозможно скрыть — она будет освещать всё вокруг.

Тогда и слов не нужно: своим поведением, своим светом человек будет нести весть о воскресшем Христе. Как и заповедал нам Господь: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16).

— Да, Евангелие в принципе призывает нас к радости: «Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За всё благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе» (1 Фес. 5:16-18). Что такое радость в общехристианском понимании? Можно ли научиться радоваться?

— Если человек научится с благодарностью принимать всё, что ему даёт Господь, тогда он с благодушием будет относиться ко всем скорбям и сложностям.

Апостол подчёркивает: «за всё благодарите». Есть замечательная фраза святителя Луки Войно-Ясенецкого, который, пройдя лагеря и ссылки, написал: «Я полюбил страдание». Он научился принимать жизненные скорби как данные из Божиих рук, как волю Божию, благодарил Бога за всё пережитое. Из его дневников мы знаем, что он постоянно находился в благодушии, в спокойном, мирном состоянии. То есть приобрел глубокую внутреннюю радость жизни во Христе.

— Вы как-то разделяете радость пасхальную и радость повседневную (например, от солнечной погоды или встречи с хорошим человеком)? Эти чувства разного порядка?

— Мне кажется, они очень близки друг другу, потому что, опять-таки, за всё нужно благодарить — не только за страдания, но и за все те радости, которые нам Господь так щедро раздаёт. Ведь и хорошая погода, и солнышко, и зелень, и красота природы — всё это Божии дары, которые Господь даёт нам в утешение на жизненном пути. Да, это явления душевного порядка, но наше душевное состояние неотделимо от духовной жизни.

— Пасха — это…

— Если пост называется «весной души», то Пасха — момент, когда душа расцветает…

Пост можно сравнить с пробуждающейся природой: тает снег, бегут ручьи, набухают почки, всё готовится расцвести буйным прекрасным цветом. Пасха — как бы завершающий период, когда появляются листочки и цветы, когда становится, наконец-то, тепло, когда вся природа радуется пришедшему теплу и приветствует новую Жизнь.

Пасха — завершение подготовительного пути, когда мы старались быть вместе со Христом в период Великого поста. Пасха — действительно утешительная радость и подарок нам от Господа.

Источник: сайт Свято-Елисаветинского монастыря